Наличие описанного эффекта в какой-то области зала следует воспринимать как убедительный совет не использовать таковую для установки микрофона, если спонтанная неравномерность спектра претит естественному ожиданию.
Но достаточно сместить микрофон приблизительно на 43 см в направлении предполагаемого отражения или в сторону органных труб, как картина поменяется на противоположную.
Аналогичная ситуация наблюдается иногда при передаче фортепианной музыки.

До сих пор мы рассматривали тембральные качества источников звука, в частности, музыкальных, не говоря о той окраске, что вносит диффузное акустическое поле помещения, в котором они располагаются. Между тем, реверберационные процессы оказывают такое неотъемлемое влияние на звучание музыкальных инструментов, человеческих голосов и некоторых источников шума, что люди воспринимают тембральную смесь прямых и диффузных акустических волн почти как априорную категорию, точнее, условно априорную, ибо каждое помещение накладывает свой неповторимый оттенок на слушательское впечатление.

Наиболее существенные воздействия реверберации приводят к следующему:
• изменяется временная структура акустических сигналов, характер атак и затуханий.
• изменяется спектральная характеристика звука, воспринимаемого слушателем, удалённым на такое расстояние от источника, когда интенсивности прямых и отражённых (диффузных) волн становятся соизмеримыми.
• сглаживается тембральная динамика, благодаря чему нивелируется колористическая пестрота, свойственная, к примеру, духовым музыкальным инструментам при переходе из нижних регистров в верхние или наоборот.

Трансформация временных параметров вполне очевидна, ибо реверберационный процесс - явление инерционное, как в начальной, так и в конечной стадиях, следовательно, ощущаемые в диффузном акустическом поле атаки и затухания звуков кажутся более длительными. При этом необходимо учитывать психоакустические феномены, связанные с действием зрения, обостряющего избирательность слухового восприятия в направлении источника, в отличие от электроакустической звукопередачи, где собственно источниками звука становятся громкоговорители, воспроизводящие суммарные сигналы прямых и диффузных волн.

Сообщение о сглаживании тембральной пестроты тоже, вероятно, не требует особых доказательств; достаточно и здесь ссылки на инерционность диффузного звукового поля. А вот пункт об изменениях спектрального акустического состава нуждается в более подробных комментариях, так как существуют, по меньшей мере, три причины этих изменений.
Во-первых, в точке прослушивания или микрофонного приёма всегда действует текущая интерференция между звуковыми волнами, излучаемыми непосредственно источником, и волнами ранних, пока еще направленных отражений, благо они наиболее когерентны. Это явление приводит к образованию почти гребенчатой характеристики, когда чередуются усиленные и ослабленные спектральные области, где могут быть сосредоточены, в частности, форманты музыкальных инструментов. Эффект особенно заметен в небольших, узких залах с хорошо отражающими поверхностями.

Малые длины свободного пробега акустических волн, ничтожное поглощение в воздухе на стадии ранних рефлексов, всё это способствует максимальному проявлению интерференционной картины.

Надо сказать, что получаемая таким образом неравномерность спектра отражается не только на формантах. Запись органов с большим спектральным составом не только прекрасно иллюстрирует сказанное, но и являет примеры тому, как в результате незначительных перемещений микрофона можно даже выделять или ослаблять отдельные ноты в составе аккордов широкого расположения. Действительно, представим себе, что микрофон (для простоты - монофонический) расположен в точке, где разность хода волн приводит к интерференционному уменьшению звукового давления на частоте 392 Hz (нота соль первой октавы; длина волны излучения основного тона - 86,7 см.) Это означает, что второй звук аккорда будет заметно тише соседних.